Скандал Судного дня: в России "разоблачили" продовольственный заговор

0


Схема действовала несколько лет, говорят источники в научных кругах Санкт-Петербурга и Российской академии наук о вывозе за рубеж уникальной коллекции Института растениеводства имени Вавилова стоимостью, ни много ни мало, порядка восьми триллионов долларов. Дескать, две с половиной тысячи уникальных сортов и гибридов семян прямо сейчас готовят к отправке в Норвежский генетический банк. А ранее туда же якобы отправили еще больше. В том числе зимостойкие, устойчивые к вредителям и опасным патогенам сорта, во многом гарантирующие продовольственную безопасность России. Все эти поставки, снова якобы, под личным покровительством теперь уже бывшего директора ВИР Николая Дзюбенко. Всплывают фамилии миллиардеров из семей Ротшильдов и Рокфеллеров. Именно на их деньги этот самый банк семян на Шпицбергене, как утверждается, и был построен. А еще всплывает название ротшильдовской компании Monsanto.

Эта публикация в одном из СМИ подобна разорвавшейся бомбе. Коллекцию Института растениеводства имени Вавилова собирали более ста лет. В том числе этим занимался сам Николай Вавилов. Известен и подвиг сотрудников во время блокады Ленинграда, они умирали от голода на рабочих местах, но семена не тронули. Неужели возможна продажа семян под видом обмена?

"Если мы отправляем образцы за пределы России, мы получаем согласие Минсельхоза. Все зарегистрировано. Разговоры о том, что все продается, неправда. И я не родственник Ротшильдов", — заявляет старший научный сотрудник ВИР РАН Николай Дзюбенко.

Бывшего директора ВИРа Николая Дзюбенко обвиняют в страшном преступлении. Будто бы он наладил схему, благодаря которой образцы уникальной коллекции семян вывозят за рубеж в том числе в построенное "на деньги Ротшильдов и Рокфеллеров частное хранилище Свальбард на Шпицбергене", а также в государственные хранилища Китая.

Сотрудники объясняют, что в статье перевернуто абсолютно все: сплошные ошибки. Например, на Шпицбергене вовсе не частное хранилище.

"Кто может купить семена? Это же не овощи, фрукты! Бред какой-то, – смеется заведующий лаборатории ВИР Алексей Конарев. — Хранилище на Шпицбергене — мероприятие полумодельное. Это на случай, чтобы сберечь мировое достояние".

Обменом институт занимается лет сто. На Шпицберген и не только вывозят дубликаты, но все по закону. По международным правилам отправляют так называемые коррекционные образцы для исследований безвозмездно в другие центры, но без права передачи другим лицам.

"Обмен коллекционным материалом — это давняя традиция всех научных учреждений мира. Для России обмен растительными образцами, в том числе семенами, выгоден. Так как флора России бедная — не больше флоры Турции", — отмечает вице-председатель комиссии по выживанию видов Всемирного Союза охраны природы IUCN, директор БИН РАН Дмитрий Гельтман.

Николай Дзюбенко руководил ВИРом 12 лет. Сейчас он работает в родном институте старшим научным сотрудником. За годы директорства он отстоял земли института в Пушкине и Павловске. Количество экспедиций увеличилось, в 2017 году их было 26. Он уделял огромное внимание вопросу сохранения уникальной коллекции, четвертой в мире после американской, китайской и индийской. Анонимные авторы статьи ссылаются на компетентные источники в самом институте. Впрочем, в публикации названа одна фамилия. Это Виктор Драгавцев — действительный член Академии сельскохозяйственных наук, бывший директор ВИРа. Это он уверяет, что коллекция распродается.

"Если я плохой сотрудник, почему он меня не уволил, когда был директором? Он имеет зуб не на меня имеет, а он зуб имеет на институт. Это больной человек. Это все чушь, главный его фейк — это стоимость коллекции", — утверждает старший научный сотрудник ВИР РАН Николай Дзюбенко.

В России пока законодательно не закреплен процесс обмена дубликатами семян. Видимо, это и есть та лазейка, на которую рассчитывал академик Драгавцев, когда решился на громкое заявление.


Похожие новости
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Лента новостей